Но молчаливое большинство (каковым являются массы) -- референт мнимый. Это не значит, что оно не существует. Это значит, что оно не может иметь какой -- либо репрезентации. Массы не являются референтом, поскольку уже не принадлежат порядку представления. Они не выражают себя -- их зондируют. Они не рефлектируют -- их подвергают тестированию. Политический референт уступил место референдуму (организатор постоянного, никогда не прекращающегося референдума -- средства массовой информации). Однако зондирования, тесты, референдум, средства массовой информации выступают в качестве механизмов, которые действуют уже в плане симуляции,а не репрезентации. И ориентированы они уже на модель, а не на референт. С механизмами классической социальности (в состав которых по-прежнему входят выборы, институции, инстанции репрезентации, а также подавления) дело обстоит совершенно иначе: здесь все еще в силе диалектическая

[27]

структура, поддерживающая ставки политики и различные противоречия, здесь все еще в силе социальный смысл, который перемещается от полюса к полюсу.

У механизма симуляции эта структура отсутствует. В паре зондаж/молчаливое большинство, к примеру, нет ни противоположных, ни вообще выделенных элементов [termes diffrentiels] ;нет, следовательно, и потока социального: его исчезновение -- результат смешения полюсов в движении тотальной сигнальности (точно так же обстоит дело и на уровне ДНК и генетического кода -- с молекулярной командой и субстанцией, в отношении которой она подается). Именно таким образом -- по схеме сокрушения полюсов и круговращения моделей -- и развертывается симуляция (это матрица любого имплозивного процесса).

Бомбардируемые рассчитанными на ответную реакцию сигналами, забрасываемые посланиями, атакуемые тестовыми испытаниями, массы оказываются теперь лишь непрозрачным, непроницаемым образованием, подобным тем скоплениям звездного газа, которые изучаются только методом анализа их светового спектра -- данные статистики и результаты зондажа играют здесь ту же роль, что и спектр излучений.